Олег Погудин. Без разлуки любви не бывает

14 июня, в Концертном зале у Финляндского вокзала на берегу Невы, пел Олег Погудин. «Любовь и разлука» — Песни Исаака Шварца. В этих песнях, которые мы все хорошо знаем, именно сегодня, именно в этом зале свершилось открытие. Стали абсолютно зримыми война и потери, печаль и нежность, любовь и расставание, долгое дорожное приключение, осенний дождь, город-энциклопедия, город-сказка, и многие чудесные образы, пришедшие к нам из прошлого, ставшие днем сегодняшним. То, с чем трудно смириться, что невозможно постичь, но без чего трудно жить. В этой программе, собранной из песен композитора Исаака Шварца, который практически всю жизнь был дружен с Булатом Окуджавой, пронзительность чувств иногда достигала такого апогея, который трудно принять человеческому сердцу.

Началась программа с песни «Музыкант» на слова Булата Окуджавы, а почти под финал второго отделения Олег Евгеньевич исполнил романс «Дождик осенний…» — опять же на слова Окуджавы. Но в этих двух музыкальных историях — незримое перекрещение судеб. Первую песню Булат Окуджава посвятил Исааку Шварцу, с помощью второй уже Исаак Шварц попытался выразить всю скорбь, что нахлынула на него после ухода из жизни его ближайшего друга Булата.

В обоих отделениях практически в каждой песне Олег Евгеньевич не просто пел, он разговаривал со зрителями, как артист, вышедший на сцену с моноспектаклем. Вся программа целиком получилась очень «окуджавской», та же доверительная тональность, та же щемящая атмосфера, когда речь шла о войне и любви, те же одиночество и сила мужского характера, попытки взять жизнь в свои руки, преодолеть утраты, стремление полюбить и не потерять свою любовь. Очень много чувств, сценически прожитых, показанных в своей предельной искренности. Олег Погудин легко и стремительно переходил от пронзительной лиричности, доходящей почти до драмы — к шутливому рассказу про несуществующие «Капли датского короля». В такие минуты его улыбка была беззаботной, а глаза — искрились от радости.

В программе «Любовь и разлука» сошлись два города-мира — Москва и Петербург. От Ленинграда (Санкт-Петербурга) — Исаак Шварц, Александр Сергеевич Пушкин и сам певец Олег Погудин. От Москвы — Булат Окуджава, чьи стихи звучали почти весь вечер. И в этом тоже был особый замысел. Два совершенно разных города встретились — интроверт и экстраверт, оба Художники, Творцы, владеющие магией преображения мира. И Олег Погудин сумел с легкостью мастера, чье профессиональное искусство так бесспорно, что не демонстрирует швов и ремесленной подноготной — слить воедино эти два разных мира, создать из них единую прекрасную музыкально-стихотворную ткань.

Конечно особенно были дороги зрительскому сердцу самые любимые творения Шварца-Окуджавы — «Кавалергарда век недолог», «Любовь и разлука» («Дорожная песня»), «Ваше благородие…», «Случайный жребий», «В нашем старом саду…», «Романс Минского», «Затихнет шрапнель», «А годы уходят уходят…», «Эта женщина в окне». Все они настолько родственны большинству из нас, что их слова невозможно забыть при очень большом желании. И все-таки Олег Евгеньевич в этот вечер удивил зрителей — новыми интонациями, новыми музыкальными акцентами и непривычными драматургическими ходами. Иногда казалось, что голос его наполняется нечеловеческой силой, что нельзя взлететь голосом под самый купол, и оттуда — с опасной вышины так ударить звуком, что еще чуть-чуть и незримое стекло разобьется. В момент, когда напряжение, будто удар колокола, било в грудь, певец вдруг ослаблял напор, постепенно, плавно спускаясь на землю. А на земле — мир и всепрощение, тишина, спокойствие, почти такое же, как в уютном творческом убежище Исаака Шварца в Сиверской или в домике Булата Шалвовича в Переделкино.

Но любая история имеет начало, развитие, доминанту и финал. Так и концерт Олега Евгеньевича получил совершенно феноменальное разрешение, ставшее для зрителей поводом и к удивлению, и к невообразимой радости, в итоге перешедшей в ликование. На заключительной песне «Эта женщина в окне» микрофон «спасовал» — взял и замолк. Аккурат на первой музыкально-поэтической строке. В руках у Погудина оказалось строптивое техническое устройство, которое воспротивилось воспроизведению звука. Но произошедший казус нисколько не смутил артиста. Напротив. Уже к второй-третьей строке он овладел ситуацией, подошел к самому краю сцены, присел на большой черный ящик, именуемый музыкальной колонкой, и стал петь знакомое-родное: «Не сольются никогда зимы долгие и лета, у них разные привычки и совсем не схожий вид, не случайны на земле две дороги — та и эта, та натруживает ноги, эта душу бередит….».

Зрители были в восторге — ведь в этот момент он стал еще ближе всем присутствующим, границы растворились, концертное выступление превратилось в домашний вечер друзей под кухонным абажуром. Его сильный, очень живой, бесконечно любимый голос, зазвучал на весь зал, и показалось, что всех пришедших на концерт приняли в узкий круг родных людей. Его выразительные, живые, добрые глаза — смотрели не на зрителей, а прямо в их сердца. Его руки, — очень пластичные, танцующие, озябшие, — словно обнимали всех и каждого. Он как будто сошел со сцены и был настолько рядом, что сидящие на передних рядах ощущали его тепло и дыхание.

Надо ли говорить, что когда замерла в воздухе последняя нота знаменитой песни из кинофильма «Эта женщина в окне» зал взорвался аплодисментами. Зрители встали и почти прильнули к сцене, их благодарность переливалась через край, от улыбок в полутемном зале было светло, как в этот момент на набережной, в разгар белых ночей.

Олег Евгеньевич несколько раз выходил на поклон, цветы не умещались на столике — с правой стороны сцены. С концерта зрители уходили неохотно. И даже когда сотрудники зала закрыли двери, все равно — и в вестибюле, и у главного входа на улице ощущалось радостное волнение. У многих в память о концерте осталось доброе «послевкусие», в котором слились вместе восторг, удивление, восхищение, печаль. Ведь в основе песен Исаака Шварца и Булата Окуджавы — сложный рецепт. Он искусен и прост, многогранен и мудр. И даже когда кажется, что песня «просто о любви», вдруг вспоминается — «Ах, как мало любви, а печали так много». Эта строка из стихотворения философа-поэта наталкивает на мысль, что любовь подлинная требует серьезных мук, преодолений, терпения, иногда даже самоотречения. Но самое тяжкое испытание для любви – разлука, именно в ней познается сила любви.

Кристина Французова-Януш

2 комментария

2 комментария на «Олег Погудин. Без разлуки любви не бывает»

  1. Елена Дольникова:

    Кристина, спасибо! Очень точно вы передали атмосферу этого чарующего концерта. Совершенно по-домашнему в финале, настолько приятное было открытие, что не сила микрофона, а благодать голоса рождает особенную любовь зрителей к Олегу Евгеньевичу. Его звучание было идентичным без технических ухищрений. Стало на душе так светло и радостно, что даже задержалась в этом зале до того, что все двери заперли, пришлось искать помощи сотрудников, так не хотелось покидать место сотворенного музыкального чуда. Эта программа стала любимой мною в этом году. Даже совершила небольшое путешествие, чтобы вновь услышать живой концерт. Проснувшись утром внутри звучали его «Качели», ночь провёденная в неудобном кресле поезда, мчавшегося в Москву, как рукой сняло. Остаётся только поблагодарить вас за такие важные слова об этом концерте. Надеюсь, что не в последний раз!

  2. Ольга Улитовская:

    Кристина, спасибо за Ваш прекрасный, яркий отзыв об этом концерте. Вам удалось передать те чувства и мысли, которые до сих пор живут в каждом, кто побывал 14 июня в КЗ у Финляндского. То, что это было событие незаурядное, понятно было сразу, но Вам удалось заново погрузить нас в ту волшебную атмосферу, заставить заново пережить и переосмыслить все мельчайшие нюансы этого неповторимого спектакля.

Ваш отзыв